Когда мы говорим о синодальности, иногда существует опасность рассматривать её как одну из многочисленных тем, волнующих сегодняшнюю жизнь Церкви — альтернативный способ пастырской методологии, организации общин или принятия решений. На самом деле синодальность ведёт нас значительно глубже, поскольку она касается нашего образа бытия Церковью и, прежде всего, нашего образа бытия учениками Христа.

Понять это нам помогает само слово: syn-hodós — совместный путь. Синодальность — это совместное шествие Народа Божьего со Христом, ведомое Святым Духом, к Царству Божьему.  В этом простом определении мы уже находим три основополагающих вопроса:

Кто шагает, с кем шагает и куда шагает?

Мы шагаем не одни. Мы не выбираем путь самостоятельно. И, что самое важное, не мы являемся пунктом назначения этого пути.  Именно с этого мне хотелось бы начать, размышляя, в частности, о вас, семинаристах. Потому что синодальность — это не то, что будет касаться только вашего будущего служения. Она не начнётся в тот день, когда вас рукоположат в священники или когда вам вверят общину. То, как вы учитесь шагать с другими сегодня, подготавливает то, как вы сможете служить им завтра.

Община, участие, миссия 

Три слова помогают нам понять синодальный путь: община, участие и миссия.

Община напоминает нам о том, что Церковь — это не сумма индивидов. Это Народ Божий, Тело Христово, общение во Святом Духе. Это означает, что многообразие призваний, служений, культур, чувственности и даже характеров должно не устраняться, а приниматься и гармонизироваться в общении.  Таким образом, вопрос заключается не просто в том, как мы можем быть вместе без проблем; христианский вопрос более требователен: как мы можем принадлежать одному Телу, оставаясь разными?

Из этого общения рождается участие. Благодать Крещения позволяет каждому христианину участвовать в жизни и миссии Церкви. Разумеется, не все делают всё, и синодальность не отменяет различия служений и обязанностей. Но она препятствует тому, чтобы кто-либо думал, будто он один представляет собой всю Церковь.

О миссии Церкви: Церковь шагает вместе не для того, чтобы смотреть на саму себя. Церковь шагает, чтобы быть посланником. Следовательно, конечный вопрос заключается не в том, насколько мы способны организовать самих себя, а в том, как мы можем вместе благовествовать о Христе в современном мире.  Совместная ответственность не исключает служения: она помещает их в их истинный контекст. Ни у кого нет всего, никто не может делать всё, но каждый получил нечто, что должен поставить на службу всем.

Учиться слушать 

Если бы мы чертили карту синодальности, первым словом, безусловно, было бы «слушать».  Слушать Бога — прежде всего, в молитве и в Слове. Без этого первого слушания церковный путь рискует превратиться в простое столкновение мнений.  Затем — слушать Церковь: её живое Предание, пастырей, общины, путь тех, кто шествовал до нас.  И слушать людей. Слушать их жизнь, радости и трудности, вопросы и иногда даже критику. Не только тех, кто близок нам или думает так же, как мы.  Однако есть решающая разница между тем, чтобы просто слышать (воспринимать слухом), и тем, чтобы слушать (слушать с пониманием). Мы можем слушать кого-то, лишь ожидая момента, чтобы ответить. Между тем христианское слушание, прежде всего, стремится понять.  Поэтому слушание требует смирения. Тот, кто действительно слушает, признаёт, что другой может показать ему то, чего он сам ещё не видит.

И именно здесь начинается распознавание.

Распознавать — значит вместе искать волю Божью. Не навязывать свои идеи и не просто искать компромисс между различными позициями, а спрашивать себя: что Святой Дух говорит Церкви? Чего Святой Дух требует от нас здесь и сейчас?  Слушают, распознают, принимают решение и затем отправляются в путь. Ибо то распознавание, которое не ведёт к жизни, остаётся незавершённым.

Не все делают всё, но у каждого есть что дарить

Это становится особенно важным, когда мы говорим о призваниях, служениях и дарах (харизмах). Святой Дух не наделяет всеми дарами одного человека. Он распределяет их в общине, чтобы они стали благом для всех.  Поэтому христианская община растёт не тогда, когда один человек способен делать всё, а когда каждому помогают открыть полученный дар и поставить его на службу.  Здесь кроется одна из самых конкретных задач будущего священника: «Смогу ли я распознать то добро, которое Бог творит без меня? Смогу ли порадоваться, когда у другого есть дар, которого нет у меня? Смогу ли сопровождать его, формировать, позволять ему расти?»

Власть и служение существуют именно для того, чтобы служить общению. Сам Христос предлагает нам критерий христианской власти: «Я посреди вас как служащий».  Поэтому власть в Церкви — это не сила. Это ответственность. Это означает слушать, распознавать, решать, сопровождать, а также проверять: принимать решения, когда необходимо, но всегда — во благо общины и миссии.  Христос омывает ноги ученикам и остаётся Учителем и Господом. Служение не ослабляет власть: оно раскрывает, какая именно власть принадлежит Евангелию.

Оставаться в общении — вопреки различиям

Шагать вместе — не означает, что все должны мыслить одинаково.  Пожалуй, одно из самых подлинных испытаний синодальности наступает именно тогда, когда проявляются различия. Сравнительно легко говорить об общении, когда мы согласны. Гораздо труднее сохранить его, когда мнения, чувства или даже раны разделяют нас.  Поэтому синодальный путь нуждается в диалоге, терпении, смирении, прощении и примирении.  Церковная зрелость — это не отсутствие конфликтов, а способность проходить через них, не превращая их в обязательное разделение.  Это касается епархии, приходской общины, семьи; и это касается также семинарии. Воспитание формирование синодальности происходит не только через лекции о синодальности. Оно происходит на практике — когда мы учимся жить вместе, слушать друг друга, исправляться, просить прощения, начинать заново.  Потому что та Церковь, которая шагает вместе, должна и формироваться вместе.  Дойдя до этой точки, однако, мы должны задать себе следующие вопросы: можем ли мы слушать, можем ли распознавать, можем ли участвовать? Можем ли ценить дары, разделять ответственность, совершенствовать наши структуры, учиться лучше управлять различиями и конфликтами? И достаточно ли всего этого? Нет. Потому что синодальность — это не пункт назначения Церкви.

Пункт назначения — это святость.

Если бы мы забыли об этом, то рисковали бы превратить синодальность в технику, организационную модель или даже в самодостаточный церковный идеал.  Церковь шагает вместе, потому что она шагает к Единому.  Святость, с другой стороны, не является индивидуальной целью. Это ответ на любовь Бога, Который призывает каждого по имени; это общение, потому что никто не становится святым в одиночку; это путь, потому что он созидается каждый день через обращение и верность; и это послушание Духу, Который преображает сердце и делает нашу жизнь плодотворной.  Тогда мы можем смотреть на святых не просто как на модели добродетели, но как на историческое осуществление совместного шествия Церкви. Их жизнь показывает нам, что святость возможна, когда ты слушаешь, шагаешь, служишь, свидетельствуешь и рождаешь надежду.

Три свидетеля, три вопроса 

Теперь я хотела бы предложить вам не просто три биографии, а трех свидетелей и три вопроса.  Я выбрала три фигуры, которых Церковь недавно представила для всеобщего почитания через канонизацию: святой Пьер Джорджо Фрассати, святой Петер То Рот и святой Игнатиос Малоян. Три очень разных персонажа по происхождению, призванию, культуре и образу жизни, но позволяющие нам на практике увидеть, как святость может принимать разные лики и, в то же время, как никто не становится святым в одиночку.  Этот выбор имеет для меня и особый смысл. К двум из этих процессов канонизации я имела возможность прикоснуться и близко следить благодаря своей работе, а один из них касается нас ещё более непосредственно: святой Игнатиос Малоян — епископ и мученик нашей Армянской Католической Церкви. Его канонизация оставляет нам не только святого вселенской Церкви, но и свидетеля, принадлежащего нашей истории, нашей церковной традиции и памяти нашего народа.  Мне бы не хотелось, однако, просто рассказать об их жизни. Скорее, я хотела бы позволить каждому из них задать нам вопрос. Ибо святые принадлежат не только прошлому: когда мы действительно встречаемся с ними, они ставят под вопрос наше настоящее и могут придать форму нашему будущему.

Святой Пьер Джорджо Фрассати: «С кем я шагаю?» 

Первый вопрос очень прост: с кем я шагаю?  Пьер Джорджо Фрассати показывает нам святость, укоренённую в отношениях: дружбе, братстве, церковной принадлежности, молитве и служении бедным.  Его жизнь напоминает нам, что никто не становится святым в одиночку.  Святость рождается и растёт внутри конкретных отношений. Мы нуждаемся в людях, с которыми будем разделять веру, которые поддержат нас, которые смогут также исправить нас, помогут нам подняться на ноги и распознать присутствие Бога в нашей жизни.  Для семинариста этот вопрос важен уже сегодня: кто те люди, с которыми я учусь становиться святым? Способен ли я распознать, что даже тот брат, который иногда раздражает меня или ставит в затруднительное положение, может быть частью того пути, которым Бог формирует меня?  Общение — это не дополнение к святости: общение — это одно из тех мест или возможностей, где рождается святость.

Второй вопрос приходит к нам от святого Петера То Рота: способен ли я распознать то, что Бог совершает в других? 

Петер То Рот был мирянином, катехизатором, мужем и отцом. Он не получил благодати рукоположенного служения, но получил от Бога дары, чтобы принести их служению своей общине, и сумел с мужеством взять на себя ответственность в жизни Церкви.  Его свидетельство заставляет нас всерьёз принять основополагающее убеждение: Церковь растёт тогда, когда все крещённые открывают и делают плодотворными свои дары.  И потому мне хотелось бы поставить перед вами очень конкретную задачу: если бы в своей будущей приходской общине вы встретили Петера То Рота, смогли бы вы позволить ему расти?  Смогли бы вы распознать мирянина, обладающего истинным даром, довериться ему, воспитать его, доверить ему ответственность?  Или же его способности показались бы угрозой вашей власти?  Истинная совместная ответственность требует доверия. Предоставление места другим не умаляет священнического служения. Напротив, оно раскрывает его плодотворность, потому что священник призван не заменять дары Святого Духа, а распознавать, беречь их и помогать им расти.

Святой Игнатиос Малоян: «Действительно ли я принадлежу вверенному мне народу?»

Третий вопрос затрагивает нас ещё более непосредственно: действительно ли я принадлежу вверенному мне народу?

Святой Игнатиос Малоян, епископ и мученик нашей Церкви, был не просто человеком, поставленным во главе народа. Он был пастырем, который шествовал со своим народом, разделяя его страдания и надежду и оставаясь верным ему до самого конца.  Жизнь Малояна напоминает нам, что общение — это не просто красивое церковное слово. Оно может иметь свою цену…

Пастырь принадлежит не только самому себе. Он не рассматривает общину как место, где должен исполнять какую-то должность. Он учится принадлежать вверенному ему народу, знать его историю, раны, веру, ожидания.  Для нас, армян, это свидетельство обретает ещё более глубокую силу. В Малояне верность Христу, епископское служение и принадлежность к своему народу совпадают в самый трудный момент. Он не оставляет свой народ, но до конца разделяет его судьбу.

И потому вопрос для каждого может стать очень конкретным: тот народ, который однажды будет вам вверен, станет лишь местом вашего служения или же превратится в часть вашей жизни?

Священник может осуществлять множество видов деятельности для общины, но искренне ей не принадлежать. Пастырь, напротив, шагает вместе со своим народом.  И именно эта принадлежность делает служение власти достоверным.

Мхитар Себастаци: предтеча верности и светлый свидетель Евангелия

К этим трем святым мне хотелось бы добавить ещё одну фигуру: Мхитара Себастаци, хотя он пока и не провозглашён Церковью святым. Процесс его беатификации продолжается, и я, как постулятор (ходатай), имеющая честь и ответственность продвигать его, и особенно поощряемая Владыкой Норатункяном, считаю своим долгом представить его вам.  Естественно, это образ, который мне особенно близок — не только потому, что работа над делом его канонизации позволяет мне всё ближе знакомиться с его жизнью, его трудами и его духовным опытом, но и потому, что я убеждена: аббату Мхитару ещё есть что сказать нашей Церкви и, в частности, вам, готовящимся служить Церкви Христовой.  Вслед за Малояном, епископом и мучеником нашей Церкви, с Мхитаром мы также остаёмся внутри нашей армянской истории, но встречаем иную форму свидетельства. Не кровавое мученичество, а целая жизнь, посвящённая верности Христу, служению своему народу и поиску пути общения в Церкви.  И, пожалуй, именно здесь Мхитар становится особенно значимым для той темы, которой мы касаемся. В его опыте мы находим измерения, которые иногда рискуют быть противопоставленными друг другу: армянская идентичность и открытость, верность и обновление, принадлежность к своему народу и вселенскость Церкви, общение и миссия.  Мхитар не отказался от своей армянской идентичности, чтобы открыться католичеству. Напротив, именно глубина его армянской принадлежности сделала его способным породить встречу, культуру, диалог и миссию.

Но в центре всего этого был не человеческий проект; это был Христос.  Мхитар не искал прежде всего нового пути. Он искал возможности следовать за Христом. И именно следуя за Христом, он открыл путь.  Это, пожалуй, один из самых важных уроков и для нас. Мы призваны не к тому, чтобы непрестанно изобретать что-то новое. Мы призваны распознавать, где Христос опережает нас, и иметь мужество следовать за Ним.  Уже более трёх веков Церковь продолжает признавать плоды этого пути. И именно эта плодотворность во времени напоминает нам: когда жизнь действительно укоренена во Христе, она может стать даром не только для своего времени, но и для будущих поколений, которых этот человек никогда не увидит.

Синодальность начинается до служения

Вернёмся же к той точке, с которой мы начали. Всё это касается не только того, что вы будете делать однажды в качестве священника.  Этому учатся сегодня — в отношениях, в слушании, в умении позволять исправлять себя, в распознавании дара другого человека, в том, чтобы не всегда оставлять за собой последнее слово. Мы не можем представить, что однажды станем священниками, умеющими слушать, если не учимся слушать сегодня. Мы не будем пастырями, созидающими общение, если сегодня не учимся жить в общении. Мы не сможем ценить дары Народа Божьего, если сегодня нам трудно распознать дары брата, шагающего рядом с нами.  То, как мы учимся шагать с другими сегодня, подготавливает то, как мы сможем служить им завтра.

И, пожалуй, именно здесь мы можем обобщить три вопроса, которые сопровождали нас:

1. С кем я шагаю?

2. Способен ли я распознать то, что Бог совершает в других?

3. Действительно ли я принадлежу вверенному мне народу?

Это вопросы о синодальности, безусловно. Но, в конечном счёте, это вопросы о самой форме служения.  Священник призван не к тому, чтобы вести народ к самому себе, а к тому, чтобы вместе с народом шагать ко Христу. Поэтому мы могли бы обобщить всё в одной очень простой фразе:

Не быть центром, а указывать на Центр

Шагать с другими — не выбирая только тех, кто похож на нас. Распознавать то, что Бог совершает в других — не чувствуя угрозы от их даров. Принадлежать вверенному народу — не считая его просто адресатом нашего служения.  В этом состоит евангельская логика служения: «Кто хочет быть большим между вами, да будет вам слугою; и кто хочет быть первым между вами, да будет всем рабом» (Мк. 10:43-44).

Пункт назначения — святость 

В завершение мы возвращаемся к решающему слову.  Синодальность — это не просто метод Церкви. Это церковный стиль слушания, общения и совместной ответственности, где каждый помогает другому распознать Христа и следовать за Ним.  Но пункт назначения — святость. И путь состоит в том, чтобы шагать вместе.  Не просто вместе — ради того, чтобы быть вместе. Не вместе — чтобы было легче. Не вместе — чтобы все думали одинаково.

Вместе — ко Христу

Христос — Тот, Кто призывает нас, Тот, Кто идет впереди нас, Тот, Кто придаёт смысл пути.  И, пожалуй, в этом заключается простейшая и глубочайшая форма христианской синодальности:

никто не шагает в одиночку, никто не становится святым в одиночку

Мы шагаем вместе, ко Христу. 

Доктор Валентина Караханян

исследователь-архивист Исторического архива «Propaganda Fide» Дикастерии по Евангелизации Святого Престола и постулятор Дикастерии по делам святых

Ереван, 3 сентября 2026 г.